РГБ.
Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего правительствующего синода. Т. 39. (1759 г.) – С.-Петербург. 1910.
С.с. 364-371
№ 112/165. Мая 3/21 февраля 1767 г.
По прошению священника села Спасского Романовского уезда Ростовской епархии Кузьмы Семенова, об увольнении его от Николаевской, что на Молокше, церкви и об определении по прежнему к Спасской церкви.
Поданным на высочайшее имя в Синод прошением священник
Семенов объяснял, что «по прошению пономаря Спасской церкви
Тихона Алексеева, оклеветавшего его в попустительству будто бы в раскол своих прихожан, он
с своими братьями, бывшими при той же церкви
диаконом и дьячком, отрешены от церкви распоряжением Ростовского митрополита Арсения, и все трое посланы в разные места, отчего, как с домашними так и с имуществом от переездов пришли в полное разорение. Между тем крестьяне, на которых пономарь указывает, как на перешедших в раскол, и сейчас исповедываются и причащаются св. Таин Христовых, и никогда раскол не содержали, в удостоверение чего от некоторых из них, вотчинных вдовы бригадирши
Мурзиной имеет он и письменное сообщения. Объяснения же его не возымели силы потому, что весь доклад по его делу вел управитель консистории
Иван Горицкий, уже взявший у него мзду пятьдесят рублев, но больше вымогал, а не было с чего дать. Так он это дело тянул год, потом сделал так, что ростовский митрополит, по своей немощи не выезжающий в консисторию и не рассматривающий дела, а полагающийся во всем на докладчиков, и положил такую резолюцию на моем прошении, какая была угодна
Горицкому. Я же из Ростова в течение года, пока консистория рассматривала это несложное дело мое, не был отпущен в свой домишко ни на один день, отчего и я и домашние претерпевали великую нужду и все потому его, управителеву, во взятках несытству и неправильному к его преосвященству по моему делу без правосудия докладу. Да еще
с мая 1757 г. по апрель 1758 года мне было воспрещено священнослужение и только
в апреле, за неимением пропитания с домашними моими,
был я назначен на место в Ярославском уезде в Яхотскую волость к церкви св. Николая чудотворца, что на Молокше, и в данной на это место письменной архиерейской грамоте не упоминается, почему был я переведен из Спасской церкви, а даже было написано, что перевожусь по своему желанию. Так как при этой церкви нет ни дома ни квартиры от прихода и дома люди строить не думают, а мне за скудостию нечем, то я не раз просил меня перевести или к прежней церкви или в другое место ростовской епархии, но не уволен от Николаевской церкви и поныне.
В Спасскую же церковь назначен
из села Гориц Ярославского уезда поп
Никита Михайлов.
В мае 1758 г. я доносил преосвященному ростовскому, что прихожане второй половины Спасского прихода, что у товарища моего попа
Алексея Федорова, действительно принадлежат к расколу. Но только по второму моему об этом доношению были посланы для следствия об этом протоиерей Ростовской соборной церкви
Стефан и ключарь Ярославской соборной церкви
Иоанн Викторовский. Уличаемые в расколе мужчины и женщины ими были приведены к присяге и святому причастию. Но к причастию, исповеди и присяге под разными предлогами многие не явились, а из тех кои были, многие же поносили святые Таинства такими словами, которые писать нельзя, и о чем я предлагал его преосвященству сказать на духу, но этого у меня и доселе не спрашивают. На эти все мои доношения попа
Федорова не спрашивали и не требовали в консисторию, а меня пуще изнуряли и только уже
в сентябре 1758 г. по моему вновь о сем прошению прислан был в село Спасское копиист ростовской духовной консистории
Александр Сеченов с инструкцией и с ним пристав
Илья Бавин, и как виновных не сыскали, то взяли одних правых крестьян и, приведши в дом попа
Федорова, вымогали взятки, а потом отпустили, не отпавив в консисторию; это все проделали по проискам, благодаря взяточничеству, управителя консистории
Горицкого. Обо всем этом я не раз представлял архиерею, но все напрасно,и на последнем моем доношении была наложена резолюция «не утруждать, ибо дело это миновалось» и такая резолюция наложена преосвященным чрез просьбу
Горицкого, которому копиист
Сеченов приходится близким родственником».
Затем поп
Семенов просит все делопроизводство передать в Синод, по разборе определить его вновь к Спасской церкви, где имеется его собственный дом, а до того времени разрешить ему здесь, в Петербурге, священнодействовать по зову священников столицы, дабы не пропасть с голода.
14 мая Синод постановил: делопроизводство о попе
Семенове поручить окончательным дорасследованием и решением Московской Синодальной конторе, коей и рапортовать потом Синоду о результатах следствия. Попу
Козьме Семенову дать обыкновенный до Москвы паспорт и велеть ему явиться в контору, где и ожидать решения своего дела, и если от священнослужения он не запрещен, то и священнослужение разрешить ему, попу
Козьме, с благословения московского митрополита, а по рассмотрении дела, если окажется правым определить его по прежнему к церкви Спаса Нерукотворенного; о всем послать указы к преосвященному московскому и конторе; последней с копиями прошений попа
Семенова и к ростовскому митрополиту Арсению.
Митрополит Арсений доносил Синоду, что все доносы ему на крестьян-прихожан попа
Федорова оказались ложными, что наоборот в вымогательстве он, поп
Семенов, сам оказался виновным, так как в деле имеются и его письма к крестьянам, от которых он требовал денег, что представить доказательства тому, какие крестьяне поносили св. Таинства он не смог и не указал лиц причастных к расколу, хотя обвинявшихся по первому доносу (в ругательстве на св. Тайны) искали с солдатами, что перевод его в Николаевский приход был по его желанию и прошению, что из этого прихода он бежал в Петербург, где и жалуется на своего архипастыря. По двум последним доносам попа
Косьмы Семенова еще производится следствие и их следовательно, в силу указа 21 мая 1745 г., отсылать не следует, а дело о попе
Косьме по доносу на него пономаря, как решенное, отослано в московскую Святейшего Синода контору.
О дальнейшем делопроизводстве до 1764 г. в деле нет ни одной бумаги.
26 апреля 1764 года в Синод поступило доношение от генерал-поручика
Мельгунова об определении священника домовой церкви ст. сов.
Бакунина Косьмы Назаринова, ныне находящегося без места, на священническое место в Новороссийскую губернию.
Приложенная затем справка канцелярии Синода излагает последовательно все известное уже дело о попе
Косьме. Журнальным определением Синода
3 мая 1764 г. было записано: попа
Козьму призвать в Канцелярию Синода, взять от него показание, какой он епархии, зачем находится здесь, имеет ли паспорт. Справку эту предложить к докладу. На опросе в канцелярии Синода поп
Козьма (кроме всего о нем известного) показал, что явившись в Москву
в июне 1759 г., по паспорту Синода, он там ждал около двух месяцев присылки дел о себе из Ростова, но дел не присылали, не смотря еще и на требование от московской конторы. Почему
в 1761 г. он был вынужден вторично приехать в Петербург, где остановился у генеральши
Афимьи Васильевой Мельгуновой, по ходатайству которой покойный С.-Петербургский архиепископ
Сильвестр разрешил ему священнослужение, и он был священником домовой церкви генеральши по день ее смерти,
по август 1762 года.
В сентябре этого года он был священником домовой церкви ст. совет.
Бакунина, на что, по ходатайству последнего, дан был ему С.-Петербургской консисторией указ с благословения С.-Петербургского архиепископа (ныне Казанского)
Вениамина. Указ этот и теперь есть у
Бакунина. У
Бакунина был
по декабрь, когда заболел.
В мае вместе с прочими петербургскими священниками был отправлен во флот, по распоряжению С.-Петербургской консистории, где находился в Нордзеи на пятидесяти четырех-пушечном корабле. Возвратясь
в августе 30-го в Петербург обратно, был Адмиралтейской Коллегией отослан в С.-Петербургскую духовную консисторию для определения к церкви, но за болезнию до сего времени никуда не был определен и проживал в доме генерал поручика
Алексея Петровича Мельгунова. Возвратясь из флота, нигде до сего времени служения не отправлял и быть в Новороссийской губернии не желает.
Синод запросил С.-Петербургскую консисторию, действительно ли поп
Козьма Семенов был ею назначен священником к домовой церкви
Бакунина и потом во флот. Консистория сообщила, что он был назначен к церкви действ. ст. сов.
Бакунина, по просьбе последнего и с разрешения С.-Петербургского архиерея.
3 мая 1763 года поп
Козьма был прислан в консисторию из партикулярной верфи с промеморией, что поп
Козьма бил палкою часового, стоящего на почтовой пристани при сборе за перевоз денег, бил за то, что часовой потребовал с него деньги в казну за перевоз. Явясь в консисторию по этому делу, поп объявил, что за болезнию он больше у
Бакунина в церкви не служит и желает ехать в морской флот на корабли и по возвращении обратно в Петербург; мест в здешней епархии приискать не станет.
4 сентября он морской коллегией представлен был в Консисторию обратно. Увольнения же своего из Ростовской епархии он никакого не объявил и при делах консистории не имеется.
2 июля 1762 года Синодом постановлено: по имеющимся в Ростовской консистории не решенным делам о попе
Семенове учинить немедленно подлежащее следствие и решение, для чего попа
Козьму Семенова отправить в Ростов в духовную консисторию и в выданном отсюда паспорте прописать, чтоб он следовал надлежащим трактом, никуда не сворачивая, нигде не задерживаясь, и чтоб его никто не мог у себя держать, иначе и с держателем будет поступлено по закону, как о беглых. О всем ростовскому епископу Афанасию и к главному командиру Новороссийской губернии генерал поручику
Мельгунову послать указы. От попа
Семенова было постановлено Синодом взять подписку, что он под опасением лишения священства будет выполнять все по закону, как в паспорте прописано.
В феврале 1765 года епископ Ростовский доносил Синоду, что по справкам в его консистории все дела о попе
Семенове уже решены и по ним он оказался виновен во всем сам. Дела были затем отправлены в Московскую контору, и та согласилась с решением консистории. Поп же
Козьма Семенов из Петербурга в Ростов не явился и доселе.
При этом доношении епископ ростовский приложил Экстракт из трех решенных дел о попе
Козьме Семенове, экстракт содержит все уже известное и изложенное здесь по делу. Нового в экстракте – поп
Козьма в 1759 году в октябре за объявление «слова и дела» государева был взят в Тайную Розыскных Дел контору, и по расспросу ничего за ним и за другими не явилось, почему был наказан и отпущен, и с тех времен в Ростов не явился. Дело же о показании означенного попа
Кузьмы Семенова на своего товарища попа
Алексея Федорова, яко бы
Федоров венчал раскольников, пел у тайных раскольников блазненные песни и не бывших некоторых своих прихожан у причастия и исповеди показал бывшими – это дело еще не закончено в ростовской консистории следствием, за отбытием из ростовской епархии митрополита
Арсения, к коему по этому делу в настоящее время составляется доклад.
Рапортом
25 мая 1765 г. епископ Ростовский доносил, в дополнение к первому своему доношению, что по разборе дел о попе Спасской церкви
Алексее Федорове, по доносу на него попа
Семенова –
Федоров действительно оказался виновен во всем, но по силе высочайшего указа 22 сентября 1862 года – все эти поступки его ему должны быть прощены и мною прощены. Принимая же во внимание, что поп
Федоров при пении неподобных песен мог и плясать, в том мною велено исправить его духовно надлежащею епитимиею протоиерею ростовской соборной церкви
Стефану. Поп же
Козьма Семенов Назаров, не смотря на указ Св. Синода и данный паспорт
в июле 1764 года не являлся ко мне доныне.
18 же сего мая поп
Козьма явился ко мне здесь в Петербурге и поданным прошением объявил, что до сего времени неотложные обстоятельства мешали ему по данному из Синода паспорту отбыть в Ростов и что теперь он намеряется туда ехать и просил выдать ему из моей походной конторы паспорт. Но Синоду известно, что в Ростове все дела о попе
Семенове уже решены;
Семенов по подаче мне такой просьбы больше не явился и где пребывает, неизвестно мне.
16 сентября 1765 года Синод постановил: попа
Козьму для надлежащего о нем рассмотрения и решения отослать к синодальному члену епископу ростовскому Афанасию при указе, о чем сообщить и московской конторе, дабы выслала обратно в ростовскую консисторию высланное ей дело о попе
Козьме. Дело было отослано в консисторию
15 октября 1765 г.
В сентябре 27 епископ ростовский Афанасий доносил Синоду опять, что по надлежащем рассмотрении всех дел о попе
Козьме, последний оказался во всем виновным сам, но в силу указа 22 сентября 1762 году все его проступки ему прощены под обязательную подписку, что ежели впредь что подобное учинит, то будет оштрафован и лишен сана, а чтоб он не шатался праздно и имел с домашними пропитание, предложено ему приискать в епархии священническое место, так как причин, препятствующих к его священнослужению в его поступках не имеется. Приискав место, велено ему представить заручный от приходских людей выбор и закащичье свидетельство. В настоящее же время, за неимением других свободных священнических мест в ростовской епархии – поп
Козьма по его прошению временно определен на свободное второе священническое место
в то село Спасское.
712
17
